Посмотрим в бинокль с другой стороны…

Законопроект направлен на то, чтобы восстанавливать экономику … и против всего того, что у нас называют профессиональным сообществом

Отрасль банкротства – это, по аналогии, сфера деятельности реаниматологов, врачей паллиативной практики и патологоанатомов… Процентов пять-десять удастся вернуть к жизни, примерно трети облегчим уход в мир иной, остальные умрут в мучениях – и по всем ним будет заключение патологоанатома о причинах смерти. Если останется наследственная масса – то ею займётся нотариус…

В банкротстве все эти функции объединяет в себе арбитражный управляющий: пытается реанимировать, даёт обезболивающее, делает посмертное вскрытие и зачитывает плачущим наследникам завещание усопшего…

Восстанавливать экономику поправками в закон о банкротстве – это давать совет лежащему в отделении реанимации мыть руки перед едой, переходить дорогу на зелёный сигнал светофора и пристёгиваться за рулём. Совет запоздалый, если перед нами жертва тяжёлого ДТП, можно сказать – издевательский совет. «Что ж ты, братан, не пристёгивался? Вот теперь лежишь тут со сплющенной головой и переломами всех конечностей. Ай-яй-яй, ты в следующий раз уж пристёгивайся и скорость не превышай».

Как можно восстановить мёртвую экономику отдельно взятого предприятия с помощью некоего, любого, самого замечательного законопроекта – остаётся загадкой.

Насчёт «против профессионального сообщества» – это да, согласен.

Всё профессиональное сообщество сложилось на амбициях, на несовершенстве закона, на том, что процедуры непрозрачные… Один к двадцати проигрывает именно кредитор, если мы говорим о недобросовестных должниках, которые существуют при помощи профессионалов, которые имеют возможность делать процедуру способом списания долгов и способом обогащения

Похоже, что для уполномоченного органа в 2021 году явилось откровением, что любая сфера деятельности, не исключая банкротство, – это амбиции, достижения, результаты. Было бы странно, если бы одной из наиболее динамичных и финансово ёмких отраслей права занимались безынициативные, неумные, немотивированные персонажи, не заинтересованные в получении достойного вознаграждения за свой труд.

Наверное, такие персонажи были, но всех их переманила к себе на работу Федеральная налоговая служба. В топы рейтингов по банкротству ушли работать их полные противоположности: амбициозные, грамотные, образованные, мотивированные юристы, заточенные на достижение результата.

И уж точно не их вина в том, что закон несовершенен: по количеству выступлений на разных профильных конференциях (и связанных с этим гостиницах-фуршетах) некоторые представители органов власти переплюнут любого Олевинского и Юхнина вместе взятых… Что (или кто) мешал им последние годы громогласно заявить на этих конференциях о несовершенстве закона – большая загадка.

Самое главное преимущество законопроекта — это то, что мы можем получить прозрачные процедуры… Все вынуждены бегать друг за другом с бумажками, чтобы родить миллионное количество обособленных споров, которые рассматривают федеральных суды.

Несколько лайфхаков, чтобы уменьшить количество обособленных споров.

Презумпция неполной передачи документов, влекущая презумпцию ответственности КДЛ. Достаточно управляющему заявить, что такого-то договора, на который имеется ссылка в банковской выписке, ему не передано – должна вступать в действие презумпция неполной передачи документов по ФХД должника: пусть теперь бывший руководитель и КДЛы доказывают, что управляющему был передан объём сведений, необходимый и достаточный для проведения конкурсного производства. Не докажут – субсидиарка.

Презумпция порочности сделок, если конечный владелец имущества – лицо, прямо или косвенно аффилированное с должником.

Предоставление управляющему любой информации по любому лицу, так или иначе взаимодействовавшему с должником. Сейчас госорганы и банки отказывают в предоставлении информации даже по прямым контрагентам должника, вынуждая управляющего обращаться либо за истребованием сведений, либо за оспариванием любых мало-мальски подозрительных сделок по принципу «лишь бы не убытки».

12 триллионов рублей, это то, что потеряли кредиторы, это то, что они собирались вкладывать в бизнес

Ничто не возникает из ничего, и ничто не исчезает бесследно.

Эти самые триллионы благополучно инвестированы в Кап Ферра, Деи Марми, в простые Рублёвку и Репино.

В яхты, самолёты, роллс-ройсы и бентли, в сумочки биркин и прочую красивую жизнь.

Просто их вложили не те, кто собирался, а те, кто решил, что ему это нужнее, чем остальным.

Я читаю много новостных каналов, но до сих пор не слышал, что (например) два православных бородатых брата пришли в столовую для неимущих, чтобы поесть. Нет, едят на виллерое энд бохе омаров на своих виллах, пока их банк в России банкротится.

Другие бородатые и гладко бритые также благополучно живут в Лондоне, на Кипре и в других юрисдикциях, немало не заботясь, что их бизнес в России банкротится.

Вопрос и к уполномоченному органу, и к прочим органам: как так? Почему взыскание идёт только по тем бородатым и бритым, которые плохо отзывались о Гаранте, а все остальные кушают омаров, причём с сохранением активов в России?

Еще одна цифра – это неэффективные торги. В год кредиторы теряют около 500 млрд рублей прибыли, это разница между рыночной оценочной стоимостью и стоимостью реализации на торгах

А вам не кажется, что 500 млрд рублей – это цена непрофессионализма и продажности т. н. «независимых» оценщиков?

У которых взносы в их СРО и их страховка не в пример меньше, чем у управляющих, что позволяет им рисовать любые цифры в отчётах по принципу «что изволите».

Лайфхак: если торги по цене, определённой «независимым оценщиком», не состоялись, то он возвращает в конкурсную массу 100 % платы за оценку. Результат: в течение полугода с рынка уйдёт 80 % оценщиков, а суммы оценки категорически упадут. До значений, которые даёт его величество рынок в лице публичных торгов.

Пара штрихов для понимания эмоционального фона.

В одной из процедур банкротства конкурсный управляющий выявил уклонение от уплаты налогов (как следствие вывода активов) на сумму 30 млн рублей. Налоговый орган включился в реестр на основании подготовленных управляющим документов, Уп.Ор. недоимки в упор не видел…

При наличии оснований для уголовного дела по ст. 199 УК РФ материалы в правоохранительные органы Уп.Ор. не передал, а переданные управляющим в ОБЭП материалы … пропали. В настоящее время прокуратура выясняет обстоятельства пропажи.

По очередной выявленной неуплате налогов на 100 млн рублей Уп.Ор. сказал «да ну нафиг, в этом всём копаться»…

А управляющий в итоге получил убытки в виде зарплаты привлечённого бухгалтера, который эту недоимку и выявил.

P.S.

Если в банку мёда добавить ложку дерьма – то получится банка дерьма. Предлагать съесть мёд со словами «мы тут верхний слой сняли» – это предлагать наесться дерьма, как ни крути. Давайте выкинем банку целиком, а к сбору нового урожая мёда привлечём не спортсменов, актрис и выживших из ума партийных деятелей, а профессионалов сферы банкротства, не переманенных ещё на работу в ФНС, а оставшихся в океане алчности, амбиций и профессионализма.
Источник

%d такие блоггеры, как: