Последние два года (2020-2021) показали острую нехватку специалистов в области конституционного права на рынке юридической профессии.

Со времен университета считалось, что конституционное право – это доктрина, что-то общее и не прикладное. Часто, наиболее успешные студенты делают выбор в пользу частного права, банкротства, правового регулирования инвестиционной деятельности т.п. Другими словами – юристы готовятся представлять интересы бизнеса и частных лиц. Изучают то, что, по их мнению (небезосновательно), пригодится в российском суде и принесет доход.

А что с конституционным правом? Так вышло, что многие специалисты  не понимают существо конституционного регулирования, не используют в своей работе и правовой экспертизе Конституцию и позиции Конституционного суда.

Собственно, подобный подход был заложен Верховным судом РФ еще в 1995 год  в ПП ВС РФ  № 8. Тогда Верховный суд дал разъяснения, что суды не вправе оценивать конституционность законов (применять Конституцию, имеющую прямое действие), а в случае сомнений должны обращаться в КС РФ.  Конституцию перестали применять, а ссылки в сою на Конституцию считались чуть ли не моветоном.

К чему это привело?

Видится показательным пример с антиковидными мерами. Очень многих взволновала тема принудительной вакцинации, многочисленных выходных «за счет работодателя», закрытие предприятий общепита, законопроект о введении обязательных QR кодов на транспорте (законопроект №17357-8).

Обнаружилось, что в соц сетях «разверзлись ворота в ад». Юристы и не юристы активно обсуждают эту тему. Растет движение «антипрививочников» (к которому относятся и традиционно аполитичные группы), которых, к примеру, совершенно не волновали митинги за свободные выборы, не волнует проблематика инагентов и журналистики. И тут важно отметить, что нельзя людей осуждать.

Но вот что расстраивает. Часто дискуссия идет с применением таких терминов, как «фашизм», «холокост», «сегрегация» и даже «апартеид» (*Хотя, конечно, есть много специалистов, которые дают качественную правовую оценку и просвещают свою аудиторию на предмет законности тех или иных требований нпа, работодателей и т.п.). В соц сетях большое количество аккаунтов, где юристы пишут, «не допустим фашизм 21 века!». Я прекрасно понимаю, что «фашизм» – это боль и травма всего русского народа и, используя такие термины, можно повысить охваты и призвать людей хоть к какой-то активности и борьбе за права. Но насколько такая борьба будет результативна?

Думается, отсылки к тотальным нарушениям прав человека в прошлом веке, как минимум некорректны и нерезультативны.

Мы сейчас столкнулись с совершенно новой реальностью – пандемия в 21 веке (с его вызовами и угрозами). И вот в этой реальности и с этой проблемой надо работать. Новыми и актуальными правовыми методами.

Почему сегодня допустимо нарушение процедур принятия правовых норм? Почему конвейерный подход к принятию правого регулирования? Почему люди не хотят вакцинироваться, в штыки воспринимают коды, вспомнили о свои правах и персональных данных?

Потому что депутаты не слуги народа (к выборам вопросы, избирательных наказов нет). Потому что нет профессиональных лоббистов из некоммерческой сферы и мы не видим, кто на самом деле лоббирует принятие тех или иных мер. Потому что осложнили жизнь журналистам, которые могли бы рассказывать правду и проводить независимые журналистские расследования (о составе вакцины и порядке ее тестирования, о росте и последствиях заболеваемости, о лоббистах и т.п.), потому что не работают должным образом институты гражданского общества, нет конструктивной общественной дискуссии. Потому что никто не верит, что при обработке персональных данных будет реализован принцип целевой обработки. Все это плодит постправду и высокий уровень недоверия граждан к власти и друг другу.

Видится необходимым работать по следующим направлениям:

  1. Установление баланса частных и публичных интересов. Выработка критериев допустимости ограничения частных прав и свобод в целях защиты публичных интересов.
  2. Усовершенствование форм и методов осуществления превентивного предварительного конституционного контроля.
  3. Расширение форм общественной дискуссии и усиление гарантий прав журналистов (последний пункт утопичный, но необходимый).

Каждому государственному и муниципальному управленцу необходимо иметь в штате сильного конституционалиста. 

Междисциплинарный подход способен качественно улучшить правовую экспертизу и правовую дискуссию. 

Тогда есть шансы на общественный договор и принятие соразмерных мер для решения сложившейся сложной проблемы.

Источник

%d такие блоггеры, как: