30 июня 2021 года Верховный Суд РФ направил на новое рассмотрение дело № А40-318339/2019, отменив все судебные акты нижестоящих судов. В этом деле интересна не позиция ВС РФ по существу спора, а его отношение к принятию апелляцией дополнительных доказательств, что возвращает нас к вопросу о роли Верховного Суда РФ.

Обстоятельства дела таковы. ООО “Ледич” перечислило около 8,5 млн руб. Московской коллегии адвокатов “Вектор права” в оплату юридических услуг, оказываемых гражданину Гагуа М.М. одним из адвокатов, входящих в коллегию. Впоследствии это общество, утверждавшее, что услуги оказаны не были, обратилось к коллегии с иском о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Понятно, что коллегия не являлась стороной договора, и принимала денежные средства на основании п. 6 ст. 26 Закона об адвокатской деятельности, что делает ее ненадлежащим ответчиком. Иск должен был быть предъявлен самому адвокату. Однако, в суде первой инстанции коллегия повела себя странно – она ссылалась лишь на то, что в назначении платежа было указано конкретное соглашение об оказании юридических услуг, утверждая, что это само по себе исключает квалификацию перечисленных денежных средств в качестве неосновательного обогащения. При этом копию указанного соглашения коллегия суду не представила и на то, что не являлась его стороной, не ссылалась. В результате суд первой инстанции полностью удовлетворил иск.

Коллегия обжаловала решение в апелляцию, и наконец принесла в суд соглашение между Гагуа М.М. и адвокатом, по которому была перечислена спорная денежная сумма. Поскольку коллегия не смогла обосновать невозможность его предоставления в суд первой инстанции, апелляция отказалась принимать дополнительное доказательство. Коллегия проиграла сначала апелляцию, а потом и кассацию в окружном суде. Дело дошло до Верховного Суда РФ.

Верховный Суд закономерно отметил, что коллегия выступала лишь получателем денежных средств и налоговым агентом, и стало быть не является надлежащим ответчиком по делу. Но дальше он высказывает апелляции следующую претензию: сначала апелляция отказалась принимать соглашение, по которому перечислены деньги, а затем со ссылкой на отсутствие его в материалах дела, отказалась удовлетворить жалобу:

Как следует из материалов дела, суд апелляционной инстанции возвратил представленные коллегией адвокатов дополнительные доказательства, в том числе соглашение от 18.12.2017 № 54-с, по мотиву не обоснования невозможности представления их при рассмотрении дела в суде первой инстанции, но в то же время, оставляя без удовлетворения апелляционную жалобу коллегии, сослался на отсутствие в материалах дела соглашения, которое явилось основанием платежа по платежному поручению от 21.12.2017 № 139. Суд округа не устранил допущенные судами первой и апелляционной инстанций недостатки. Судебная коллегия приходит к выводу о том, что не исследование судами обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, свидетельствует о необходимости повторного рассмотрения дела по существу с учетом позиции лиц, участвующих в деле, фактических обстоятельств и подлежащих применению к ним норм права.

Как известно, действующий российский закон предусматривает неполную апелляцию – дополнительные доказательства вторая инстанция у нас по общему правилу не принимает (ч. 2 ст. 268 АПК РФ). Всем практикующим юристам известно, какой непростой путь прошел институт неполной апелляции в наших судах. На первых порах после своего появления норма о непринятии дополнительных доказательств попросту игнорировалась апелляционными судами. Но прошли годы, и сегодня суды уверенно пользуются ею. В анализируемом же деле Верховный Суд по существу раскритиковал апелляцию за это.

Конечно, можно не придавать приведенным выше словам ВС РФ особого значения. Суд просто хотел исправить очевидную ошибку. Однако, вопреки вопреки обывательской логике, “восстановление справедливости” в некоторых случаях может принести больше вреда, чем пользы. Хорошим примером тут как раз служит такое “восстановление справедливости”, ради которого приходится идти на нарушения установленной процедуры.

Истец, несмотря на свою правоту, может проиграть дело по десяткам разных причин. Сколько бы мы не проверяли и не перепроверяли вынесенные судебные решения, это все равно будет происходить. Право не может гарантировать справедливое разрешение всех дел, но оно может гарантировать честную процедуру, придуманную так, чтобы давать результат, вызывающий доверие. Свойства такой процедуры имеют ценность сами по себе, не случайно одним из прав человека признано право на справедливый суд.

Действующая процедура подразумевает, что апелляция не будет принимать дополнительные доказательства. Само по себе существование этой нормы означает необходимость смириться с тем, что иногда стороны будут проигрывать только из-за того, что не представили вовремя доказательства. Удивительно, но похоже, что по комментируемому делу ВС РФ был единственным судом, который не видит этого.

Являясь высшим судом страны, он казалось бы должен заниматься тем, чтобы улучшать работу судебной системы, то есть оказывать влияние на элементы системы, срабатывающие при рассмотрении сотен и тысяч дел. “Восстановление справедливости” по конкретным делам не должно бы являться его функцией. Но все мы уже смирились с тем, что он этим занимается. С чем еще придется смириться, так это с тем, что в ходе этой борьбы с ветрянными мельницами может быть нанесен вред всей системе.
Источник

%d такие блоггеры, как: