Проблема получения сведений о наследниках (имуществе) должника. Анализ законодательных актов

Статьей 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлены пределы и форма ответственности наследников (части 1,2), также статьей определены сроки и способ предъявления требований кредиторов (пункт 3).

Остановимся на содержании третей части ст.1175 ГК РФ согласно которой до принятия наследства требования могут быть предъявлены к наследственному имуществу, то есть в пределах шести месяцев, с момента смерти должника, а также в пределах общего срока исковой давности непосредственно к наследникам. 

Из приведенной нормы следует, что для предъявления требований к наследнику должника необходимы сведения о наличии наследственного имущества или факта принятия наследства, или перехода выморочного имущества к уполномоченному территориальному субъекту.  

Так, кредитор, обращаясь к нотариусу, открывшему наследственное дело после смерти должника, рассчитывает, что его права будут защищены, однако нет.

Действительно норма, обязывающая нотариуса принимать претензии кредиторов умершего, содержится в Основах законодательства Российской Федерации о нотариате (статья 63) (далее – Основы). Из смысла указанной нормы следует лишь то, что нотариус обязан довести до сведения наследников факт предъявления претензии, ознакомить наследников с претензией, исполнение требований кредитора остается вне плоскости взаимоотношений всех сторон, являясь исключительной волей наследников. 

Подобное усмотрение воли наследников вступает в противоречие с положениями статьи 1112 ГК РФ, определяющей состав наследства, а именно тем, что в состав наследства помимо активов входят и обязательства наследодателя. Складывается ситуация при которой наследник, принявший наследство поставлен в известность о наличии требования кредитора и даже является должником в силу принятия наследства, но не исполняет обязательство, например с целью выждать истечения срока давности по требованию.

В сложившейся ситуации об одном из основополагающих принципов гражданских правоотношений – балансе интересов сторон, говорить попросту невозможно. Так, кредитор зачастую лишен права на исполнение своего требования, а наследник не спешит исполнять обязательство в целях своей выгоды.

Возвращаясь к вопросу поставленной проблематики, во-первых, рассмотрим ограничения на получение информации в сфере отношений, регулируемых законодательством о нотариате. 

Статьей 5 Основ во взаимосвязи со статьей 16 установлена обязанность нотариуса сохранять в тайне сведения, известные нотариусу в связи с осуществлением профессиональной деятельности, а также запрет на предоставление сведений о совершенных нотариальных действиях, лицам, которые не определены законом. Сразу оговоримся, закон, кредитора наследодателя как лицо, имеющее право на получение таких сведений, не наделяет таким правом.

Федеральная нотариальная палата (далее – ФНП) придерживается аналогичного мнения, указывая в своем письме от 23.05.2013 № 1164/06-09, что по мнению ФНП кредитор может быть проинформирован нотариусом о том, что его обращение о долгах наследодателя получено, в производстве нотариуса имеется наследственное дело к имуществу данного наследодателя, что надлежащий круг наследников (без указания кредитору идентификационных данных наследников) будет извещен о претензии кредитора или о том, что круг наследников к имуществу наследодателя на момент поступления нотариусу претензии кредитора неизвестен. 

 Дополнительно ФНП разъясняет, что кредиторы наследодателя могут воспользоваться своим правом на подачу иска к наследственному имуществу до принятия наследства наследниками, а любая информация в рамках наследственного дела может быть выдана нотариусом по запросу суда в связи с обращением кредитора в судебные инстанции.

Безусловно, в случае, когда кредитору известны данные об имуществе наследодателя, а с момента смерти должника не прошло шесть месяцев, то процессуально защита права не представляется затруднительной.

Интерес представляет ситуация, в которой кредитор существенно ограничен в предъявлении требований, поэтому представляется необходимым рассмотреть существующие законодательные ограничения. 

Второе ограничение на получение кредитором информации, а именно об имуществе должника мы можем увидеть в статье 62 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости». Согласно пункту 13 которой сведения о правах отдельного лица на имеющиеся или имевшиеся у него объекты недвижимости могут быть предоставлены лишь исчерпывающему кругу лиц, в который не включены кредиторы наследодателя. 

Таким образом, если кредитор не обладает сведениями ни о каком объекте недвижимости, то обращение за судебной защитой, представляется невозможным, поскольку уже на стадии решения судом вопроса о принятии искового заявления, суд должен располагать сведениями о наличии имущества у наследодателя.

Аналогичным образом ситуация складывается в отношении объектов движимого имущества, права на которое могут носит учетный характер (транспортные средства, сельскохозяйственная техника, водный транспорт и т.п.). Порядок раскрытия информации в данном случае определяется ведомственными актами и вытекает из положений Федерального закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». Согласно частям 2 и 3 статьи 8 гражданин имеет право на получение от государственных органов, органов местного самоуправления, их должностных лиц в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, информации, непосредственно затрагивающей его права и свободы, организация имеет право на получение от государственных органов, органов местного самоуправления информации, непосредственно касающейся прав и обязанностей этой организации. 

По смыслу приведенных положений Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» нормы имеют пространно-отсылочный характер и не раскрываются понятие «информация, затрагивающая права и свободы», «информация, непосредственно касающаяся прав и обязанностей этой организации» в контексте комментируемого закона. 

Существо отношений, по поводу которых кредитору необходимо истребовать соответствующую информацию, ясно определяет эти понятия – информация об имуществе наследодателя необходима кредитору для защиты своего права, что по определению затрагивает его права.  

Вместе с тем, правоприменительная практика показывает, что компетентные органы ведущие регистрационный учет движимого имущества не раскрывают кредиторам наследодателя информацию о собственнике. 

Что говорит судебная практика

В соответствии с п.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. №9  суд отказывает в принятии искового заявления, предъявленного к умершему гражданину, со ссылкой на пункт 1 части 1 статьи 134 ГПК РФ, поскольку нести ответственность за нарушение прав и законных интересов гражданина может только лицо, обладающее гражданской и гражданской процессуальной правоспособностью. 

Актуальность проблемы подтверждается принимаемыми судебными актами.      Например, определением Петроградского районного суда г. Санкт-Петербурга производство по делу №2-1149/2021 прекращено с указанием на то, что если гражданское дело по такому исковому заявлению (к умершему гражданину) было возбуждено, производство по делу подлежит прекращению в силу абзаца седьмого статьи 220 ГПК Российской Федерации с указанием на право истца на обращение с иском к принявшим наследство наследникам, а до принятия наследства – к исполнителю завещания или к наследственному имуществу (пункт 3 статьи 1175 ГК РФ).

При этом из текста определения суда (в общем доступе размещен на сайте суде) видно, что кредитор предъявил иск к умершему гражданину объективно располагая сведениями о его смерти наиболее вероятно с целью получить сведения из наследственного дела, открытого после смерти должника-наследодателя.

Из приведенного случая видно, что действия кредитора к защите права его не приблизили: суд лишь разъяснил право кредитора предъявить иск к наследникам умершего, но на вопрос как получить необходимые сведения «суд ответить не помог».

Решение исследуемой проблемы представляется возможным двумя разными способами: внести изменения в процессуальные нормы или предоставить кредиторам доступ к информации о наследниках (имуществе) должника, путем внесения изменений в ряд законодательных актов.

Первый способ видится более предпочтительным как с точки зрения правоприменительной практики, так и процедуры внесения изменений в законодательные акты.

Не малоизвестным приемом юридической техники является фикция, например объявление гражданина умершим. Вынесение судебного постановления лишает такого гражданина правоспособности и влечет все правовые последствия, связанные со смертью гражданина. 

Поскольку прямого запрета на предъявление иска к умершему гражданину гражданское процессуальное законодательство не содержит, то возможность защиты прав кредитора в случае отсутствия информации об имуществе (наследниках) умершего должника может быть реализована за счет изменения судебного толкования. 

В настоящее время, как видится, Пленум[1] дает разъяснение о необходимости прекратить производство по делу со ссылкой на абз.7 ст. 220 ГПК РФ и разъяснение права на иск к наследникам, не решающее проблемы отсутствия у кредитора сведений необходимых для предъявления такого иска.

Из буквального толкования абз.7 ст. 220 ГПК РФ следует, что суд может прекратить производство по делу только после исследования вопроса о правопреемстве, однако как видно, суды прекращают производство без исследования этого вопроса.

Таким образом, в случае внесения изменений в пункт 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. №9, указывающего на необходимость судам установить возможность правопреемства по спорному правоотношению для чего, например истребовать информацию у нотариуса либо из реестровых источников относительно имущества должника.

Такой подход, во-первых, будет способствовать снижению нагрузки на суды, во-вторых, будет обеспечивать условия для защиты прав участников гражданского оборота и недопущению злоупотреблениями со стороны недобросовестных наследников. 

Согласно мнению Г.Ф. Дормидонтова, фикция «есть известный прием мышления, состоящий в допущении существующим известного несуществующего обстоятельства или, наоборот, несуществующим существующего, в решении задачи при помощи ложного положения»[2].

Прибегая к приему юридической фикции, некоторое время мы не учитываем, что лицо, к которому предъявлен иск утратило правоспособность, и тем самым можем произвести защиту права кредитора умершего должника и реализовать одну из главных задач судопроизводства.

Вторым возможным способом, который позволит кредитору получить необходимые для предъявления иска требования является включение кредиторов в круг лиц, имеющих право на получение информации по смыслу Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, указание на правомочность таких лиц в Федеральном законе «О государственной регистрации недвижимости» и т.д. 

Такой подход видится менее предпочтительным с точки зрения законодательной техники и процедуры внесения изменений в отдельные законодательные акты. Остается открытым вопрос реализации этого способа получения сведений кредиторами, поскольку не исключены отказ в предоставлении компетентными органами запрошенных сведений или иные ограничения прав кредитора.


[1] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. №9

[2] Дормидонтов Г.Ф. О классификации явлений юридического быта, относимых к случаям применения фикций. Казань, 1895. С. 3.
Источник

%d такие блоггеры, как: