В свое время, – пять лет назад, юридическая общественность обсуждала дело N А40-83845/15, Вымпелком против Тизприбор, где арендатор, – Вымпелком, требовал изменения арендной платы, установленной в долларах США, в связи с резким изменением курса. Дело закончилось мировым соглашением.

В сегодняшних реалиях вопрос о квалификации пандемии, или точнее, действий государственных органов, влекущих невозможность или существенно изменяющих условия ведения предпринимателской деятельности, как существенного изменения обстоятельств, предусмторенного ст. 451 ГК Рф перестал быть теоретическим.

ВС РФ еще в первом Обзоре от 21.04.2020г. в ответе на 7 вопрос указал, в том числе:

“Из приведенных разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).”

Как на сегодняшний день складывается практика, применения данного разъяснения, мне не известно.

В новом деле, где указывается на необходимость оценки мер государства по противодействию инфекции, как черезвычайныъх обстоятельств, которые должны повлечь изменение договорных отношений сторон, – истец обратился в суд с иском к ответчику об изменении условий договора возобновляемой кредитной линии, – прекращение начисление процентов в период режима повышенной готовности, отсрочка на год очередного погашения кредитной линии, – А40-20927/21-171-157.

На старанице 11 решения от 27.04.2021г. суд изложил следующие выводы, корреспондирующиеся, по моему мнению,  с указанной выше позицией ВС РФ:

“С учетом того, что финансовое положение истца не позволяло обслуживать
кредит самостоятельно за счет выручки от основной деятельности, в частности на
момент заключения дополнительного соглашения №4 от 15.04.2019 и после его
заключения, до введения ограничительных мер и закрытия магазинов истца в период с
марта по май 2020 года, суд приходит к выводу о недоказанности элементов
совокупности обстоятельств, предусмотренных подпунктами 1 и 2 п. 2 ст. 451 ГК РФ.

Тот же факт, что в ходе 2020 года, после возобновления работы магазинов в
штатном режиме, истец при обстоятельствах, на которые он ссылается в обоснование
заявленных требований, фактически показывает те же финансовые результаты, что и в
2018-2019 годах, производит расширение бизнеса и интегрируется в сферу, в которой
он ранее хозяйственную деятельность не осуществлял, приобретая у третьих лиц сеть
магазинов товаров для дома, свидетельствует о недоказанности элемента,
установленного подпунктом 3 п. 2 ст. 451 ГК РФ, так как исполнение договора на
действующих условиях не влечет для истца значительного ущерба и не нарушает
имеющийся баланс интересов Банка и истца.
Таким образом, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для
удовлетворения исковых требований о внесении изменении в кредитный договор.”

Сегодня, по сообщению прессы, суд апелляционной инстанции удовлетворил требования заемщика в полном объеме, отменив решение суда первой инстанции.

Мне кажется, мотивировка апелляции будет заслуживать внимания, для целей кодификации оснований для применения ст. 451 ГК РФ в существующей реальности.

Источник

%d такие блоггеры, как: