Обжалование положений Указа Мэра  о QR коде вакцинированного.

Добрый день, коллеги.

Для тех, кто не равнодушен к теме посещения с Q-кодом  ресторанов и кафе, прошу поделиться своим мнением по возражению Мэрии на иск об оспаривании положений указа Мэра касающихся QR-кода.

Позиция заявителя, что поскольку Указ является подзаконным актом, в связи с чем положения о запрете обслуживания  в ресторане без QR кода вакцинированного является незаконным.

Все конечно понимают, что суд встанет на сторону Мэра.

Интересно было бы услышать Ваше мнение, советы по возражению.

Возражения административного ответчика

На рассмотрении Московского городского суда находится дело .___ по административному иску __о признании недействующим в части пунктов 23, 23.1, 23.2, 23.3 указа Мэра Москвы от 8 июня 2020 г. № 68-УМ «Об этапах снятия ограничений, установленных в связи с введением режима повышенной готовности» (в редакции указа Мэра Москвы от 22 июня 2021 г. 35-УМ (далее по тексту -«Указ»).

Оспариваемыми пунктами установлено, что с 28 июня 2021 г. деятельность организаций, индивидуальных предпринимателей, предусмотренная пунктами 18.1. 18.2, 22 Указа, осуществляется при условии соблюдения следующих ограничений:

  • наличие у всех посетителей QR-кода, оформленного в соответствии с настоящим указом. При этом допускается нахождение посетителей в зданиях, строениях, сооружениях (помещениях в них), в которых оказываются соответствующие услуги, без средств индивидуальной защиты органов дыхания (маски, респираторы) л рук (перчатки) (п. 23.1).

обеспечение проведения проверки действительности QR-кода, предъявляемого посетителем, путем его сканирования камерой смартфона, планшета, иного подобного устройства, подключенного к информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в том числе с использованием Единого портала государственных и муниципальных услуг, специализированного приложения Единого портала государственных и муниципальных услуг «Госуслуги.Стопкоронавирус», приложений «Госуслуги Москвы», «Моя Москва», «Помощник Москвы», и соответствия инициалов и даты рождения посетителя, содержащихся в QR-коде, данным, содержащимся в документе, удостоверяющем личность такого гражданина (п. 23.2).

  • установление пунктов контроля и дополнительных ограждений в целях недопущения нахождения посетителей, не имеющих QR-кода (п.23.3).

Административный истец полагает, что данные положения Указа противоречат Конституции Российской Федерации, Гражданскому кодексу Российской Федерации. Федеральному закону от .10 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».

Согласно ч. 8 ст. 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного дела об оспаривании нормативного правовою акта суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного
истца или лиц. в интересах которых подано административное исковое
заявление;

2) соблюдены ли требования нормативных правовых актов,
устанавливающих:

а)      полномочия органа, организации, должностного лица па принятие
нормативных правовых актов;

б)      форму и вид, в которых орган, организация, должностное лицо вправе
принимать нормативные правовые акты;

в)      процедуру принятия оспариваемого нормативного правового акта;

г)      правила введения нормативных правовых актов в действие, в том числе
порядок опубликования, государственной регистрации (если государственная
регистрация данных нормативных правовых актов предусмотрена
законодательством Российской Федерации) и вступления их в силу.

3)      соответствие оспариваемого нормативного правового акта или его части
нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

Административный ответчик полагает отсутствующим нарушение прав и законных интересов административного истца. Полагает, что соблюдены требования нормативных правовых актов, устанавливающих полномочии органа на принятие оспариваемого акта, требования к форме и виду оспариваемого акта, процедуре его принятии и правилам введения его в действие, а также полагает, что оспариваемый указ соответствует нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

1. Оспариваемый Указ издан с соблюдением процедуры издания и соответствует нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

По решению Всемирной организации здравоохранения 30 января 2020 г. эпидемиологической ситуации, вызванной вспышкой новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) присвоен уровень международной опасности, объявлена чрезвычайная ситуация международного значения, 11 марта 2020 г. ситуация признана пандемией.

Данный факт является общеизвестным, не подлежит доказыванию.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ (в редакции от 1 апреля 2020 г.) «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» (далее -Федеральный закон «О защите населения»):

1)  чрезвычайной ситуацией является обстановка на определенной территории, сложившаяся в результате распространения заболевания,
представляющего опасность для окружающих, которое может повлечь или повлекло за собой человеческие жертвы, ущерб здоровью людей или окружающем среде, значительные материальные потери и нарушение условий жизнедеятельности людей.

2) предупреждение чрезвычайных ситуаций – это комплекс мероприятий, проводимых заблаговременно и направленных на максимально возможное уменьшение риска возникновения чрезвычайных ситуаций, а также на сохранение здоровья людей, снижение размеров ущерба окружающей среде и
материальных потерь в случае их возникновения.

В соответствии с ст. 2 Федеральною закона «О защите населения» правовое регулирование отношений в области зашиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций основывается на общепризнанных принципах и нормах международного права и осуществляется  настоящим Федеральным законом, принимаемыми в соответствии с ним федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации.

В соответствии с пп. «а» п. 1 ст. 11 Федерального закона «О защите населения» органы государственной власти субъектов Российской Федерации принимают в соответствии с федеральными законами законы и иные нормативные правовые акты в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций межмуниципального и регионального характера.

В соответствии с пп. «м» п. 1 ст. 11 Федерального закона «О зашито населения» органы государственной власти субъектов Российской Федерации принимают решения об отнесении возникших чрезвычайных ситуаций к чрезвычайным ситуациям регионального или межмуниципального характера, вводят режим повышенной готовности.

Согласно п.6 ст. 4.1 Федерального закона «О защите населения» органы управления и силы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций при угрозе возникновения чрезвычайной ситуации функционируют в режиме повышенной готовности.

Согласно п, 7 ст. 4.1 Федерального закона «О защите населения» порядок деятельности органов управления и сил единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций и основные мероприятия, проводимые указанными органами и силами в режиме повседневной деятельности, повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, устанавливаются Правительством Российской Федерации

В состав единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций на региональном уровне входят координационные органы – комиссии по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и обеспечению пожарной безопасности субъектов Российской Федерации (п. 6-7 Положения о единой государственной системе предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 30 декабря 2003 г. № 794 «О единой государственной системе предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» (далее – Положение).

Постановлением правительства Москвы от 30 марта 2004 №180-ПП « О Комиссии  Правительства   Москвы  по  предупреждению  и ликвидации в чрезвычайных  ситуациях и обеспечению пожарной безопасности» образована Комиссия   Правительства   Москвы    по   предупреждению   и ликвидации чрезвычайных ситуации и обеспечению пожарной безопасности.

В соответствии  с Положением о Комиссии Правительства Москвы по  предупреждению и  ликвидации чрезвычайных ситуаций и обеспечению пожарной безопасности, утверждённым Постановлением  Правительства МОСКВЫ 30 марта 2004 №180-ПП председателем Комиссии является Мэр  Москвы, который руководит деятельностью Комиссии.

В соответствии с п. 1 ст. 17 федерального закона от 06 октября 1999 г. Х« 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» в субъекте Российской Федерации устанавливается система органов исполнительной власти во главе с высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации.

Согласно п. 2 ст. 5 Закона г. Москвы от 28 июня 1995 г. «Устав города Москвы» (далее – Устав города Москвы) высшим должностным липом города Москвы, возглавляющим высший исполнительный орган государственной власти юрода Москвы, является Мэр Москвы.

Согласно п. «а» ч. 2 ст. 5 Закона г. Москвы от 05 ноября 1997 г. № 46 •О защите населения и территорий города от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» Мэр Москвы принимает решения, определяющие в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными законами н Уставом города Москвы основные направления политики и организации зашиты населения и территорий города от чрезвычайных ситуаций.

Согласно п. «б» ч. 2 ст. 5 указанного закона Мэр Москвы в случаях, угрожающих безопасности и здоровью жителей. нормальному функционированию систем жизнеобеспечения города, принимает необходимые меры но ликвидации чрезвычайных ситуаций и поддержанию правопорядка на территории города Москвы, вводит режим повышенной готовности или чрезвычайной ситуации для соответствующих органов управления и сил мгсчс.

В соответствии с п. 24 Положения, решениями руководителей органов исполнительное власти субъектов Российской Федерации хтя соответствующих органов управления и сил единой системы может устанавливайся один из следующих режимов функционирования:

а)  режим   повышенной   готовности   –   при   угрозе возникновения

чрезвычайных ситуаций;

б)  режим чрезвычайной ситуации – при возникновении и ликвидации

чрезвычайных ситуаций.

В соответствии с п. 25 Положения, решениями руководителей федеральных органов исполнительной власти, государственных корпораций, органов исполнительной власти субъектов РФ, органов  местного самоуправления и организаций о введении для соответствующих органов управления и сил единой системы режима повышенной готовности или режима чрезвычайной ситуации определяются:

а)  обстоятельства, послужившие основанием для введения режима повышенной готовности или режима чрезвычайной ситуации;

б)  границы территории, на которой можем возникнуть чрезвычайная ситуация, или границы тоны чрезвычайной ситуации;

в)  силы и средства, привлекаемые к проведению мероприятий по предупреждению и ликвидации чрезвычайной ситуации;

г)  перечень мер но обеспечению зашиты населения от чрезвычайной ситуации или организации работ по ее ликвидации;

д) должностные лица, ответственные за осуществление мероприятий по предупреждению чрезвычайной ситуации, или руководитель ликвидации чрезвычайной ситуации.

В соответствии с пп. «б» п. 28 Положения одним из основных мероприятий, проводимым органами управления и силами единой системы в режиме повышенной готовности является принятие оперативных мер по предупреждению возникновения и развития чрезвычайных ситуаций, снижению размеров ущерба и потерь в случае их возникновения, а также повышению устойчивости и безопасности функционирования организаций в чрезвычайных ситуациях.

В соответствии с пп. «у» пункта 1 статьи 11 Федерального закона «О защите населения» органы государственной власти субъектов Российской Федерации устанавливают обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации.

Наличие полномочий органов государственной власти субъектов Российской Федерации на принятие законов и иных нормативных правовых актов в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций межмуниципального и регионального характера и обязательных для исполнения гражданами и организациями правил поведения при введении режима повышенной готовности также отмечается Верховным Судом Российской Федерации (ответ на вопрос 17 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-I9) № I. утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21 апреля 2020 г. (далее – «Обзор»).

Согласно ст. 10 Федерального закона «О защите населения» Правительство Российской Федерации устанавливает обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации (пп. а.2).

В соответствии с подпунктами «а», «б» пункта 3 постановления Правительства Российской Федерации от 2 апреля 2020 г. № 417 «Об утверждении Правил поведения, обязательных для исполнения гражданами и организациями,   при   введении   режима   повышенной   готовности или  чрезвычайной ситуации» при введении режима повышенном готовности или чрезвычайной ситуации на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации или в зоне чрезвычайной ситуации граждане обязаны:

–    соблюдать общественный порядок, требования законодательства Российской Федерации о защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, о санитарно- эпидемиологическом благополучии населения;

–    выполнять законные требования (указания) руководителя ликвидации чрезвычайной ситуации, представителей  экстренных оперативных служб и иных должностных лиц осуществляющих мероприятия по предупреждению и ликвидации чрезвычайной ситуации.

Режим повышенной готовности введен на территории юрода Москвы на основании Федерального  закона «О  защите населения» указом Мэра Москвы от 5 марта 2020 г. № 12-УМ.

Согласно пп. 8-9 п.1 ст.13 Устава города Москвы к полномочиям города Москвы по предметам ведения субъектов РФ и предметам совместною ведения РФ и субъектов РФ относится охрана общественного порядка и обеспечение безопасности граждан  решение городских вопросов здравоохранения.

Согласно п. 4 ст. 41 Устава города Москвы по вопросам своей компетенции Мэр Москвы издаст обязательные для исполнения на всей территории города Москвы указы и распоряжения и осуществляет контроль за их исполнением.

Согласно п. 5 ст. 41 Устава города Москвы указы Мэра Москвы – правовые акты, издаваемые Мэром Москвы по вопросам нормативного характера, а также по иным вопросам, предусмотренным федеральными законами и законами города Москвы.

С учетом изложенного Мэр Москвы обладает достаточными полномочиями для принятия соответствующего решения в форме указа об установления определенных мер в целях защиты населения в период режима повышенной готовности.

Принятие оспариваемого нормативного правового акта, в том числе в части мер о необходимости наличия QR-кода у посетителей зданий, строений, сооружений (помещений в них), в которых оказываются услуги общественного питания, обусловлено необходимостью предотвращения распространения новой короновирусной инфекции (COV1D-2019) и минимизации ее негативного воздействия.

В соответствии с п.1 ч.3 ст. 4 Закона г. Москвы от 8 июля 2009 № 25 «О правовых актах города Москвы» указы Мэра Москвы – правовые акты, издаваемые Мэром Москвы по вопросам нормативного характера, а также по иным вопросам, предусмотренным федеральными законами и законами города Москвы и отнесенным к его компетенции. Указы Мэра Москвы имеют наибольшую юридическую силу среди подзаконных правовых актов, принимаемых (издаваемых) органами исполнительной власти города Москвы (должностными лицами).

Согласно ч. 5 ст. 20 вышеуказанного закона указы Мэра Москвы вступают в силу со дня их подписания, если иное не предусмотрено в самом указе Мэра Москвы. Указы Мэра Москвы, затрагивающие права, свободы и обязанности человека   и   гражданина,  вступают   в   силу   не   ранее  чем   со дня их официальною опубликовании, нормативные правовые акты по вопросам защиты прав и свобод человека и гражданина вступают в силу не ранее чем через 10 диен после их официальною опубликования,

Указ Мэра Москвы от 8 июня 2020 г. № 68-УМ. а также указы, вносящие в него изменения, не создают новое регулирование правоотношений ПО вопросам защиты прав и свобод человека, в связи с чем на них распространяется общий срок вступления и СИЛ]   не ранее чем со дня его официального опубликования.

В соответствии с ч. 2 ст. 19 Закона г. Москвы oт 8 июля 2009 г. № 25 официальным опубликованием правового акта считается первая публикация его полного текста в официальном издании органа государственной власти (электронной версии данного издания) иди первое размещение (опубликование) его полного текста на официальном сайте органа государственной власти в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Указ Мэра Москвы Указ Мэра Москвы от 8 июня 2020 г. № 68-УМ «Об этапах снятия ограничений, установленных в связи с введением режима повышенной готовности» опубликован на официальном портале Мэра и Правительства Москвы http://www.mos.ru 8 июня 2020  и в издании «Вестник Мэра и Правительства Москвы» № 33, 16 июня 2020 г.

Указ Мэра Москвы от 22 июня 2021 г. № 35-УМ «О внесении изменений в указ Мэра Москвы от 22 июня 2020 г. № 68-УМ» опубликован на официальном портале Мэра и Правительства Москвы http//mos.ru 22 июня 2021 г.,  в издании «Вестник Мэра и Правительства Москвы» № 36, 29июня 2021 г.

Учитывая изложенное, оспариваемый Указ издан и введен в действие в соответствии с законодательством, имеющим большую юридическую силу, а также не противоречит нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

2. Административный истец ошибочно полагает, что оспариваемые нормы Указа противоречат законодательству и нарушают его права и законные интересы.

2.1. Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 25 декабря 2020 г. № 49-П, необходимость защиты жизни и здоровья граждан при возникновении чрезвычайных ситуаций или угрозе их возникновения и осуществлении мер по борьбе с эпидемиями и ликвидацией их последствий – учитывая, что жизнь человека является высшей конституционной ценностью, без которой реализация гражданских, экономических, социальных и иных прав становится во многом бессмысленна, –предполагает принятие таких правовых актов, которые не исключают возможности ограничения прав и свобод человека, в том числе и свободы передвижения, но только в той мере, в какой это соответствует поставленным   целям   при   соблюдении  требований  соразмерности и пропорциональности (статья   55.   часть,   3    Конституции Российской Федерации).

Реализация гражданами индивидуального по своей природе правовой природе права на свободу и передвижения в условиях возникновения реальной общественной угрозы предполагает проявление с их стороны разумной сдержанности.

Как отмечено в данном Постановлении,  введение тех или иных ограничений прав граждан, обусловленных распространением опасных как
для жизни и здоровья граждан, так и по своим социально-экономическим последствиям   эпидемических    заболеваний,    требует обеспечения  конституционно приемлемого баланса между защитой жизни и здоровья Граждан и правами и свободами конкретного гражданина в целях поддержания приемлемых условий жизнедеятельности общества, в том числе вызванных уникальным (экстраординарным) характером ситуации распространения нового опасного заболевания.

Оспариваемый нормативный правовой акт принят в экстраординарной ситуации в соответствии с требованиями нормативных правовых актов, имеющих большую юридическую силу и обеспечивает баланс между необходимостью защиты жизни и здоровья населения в условиях сложной эпидемиологической обстановки.

Вопреки доводам административного истца действующее законодательство позволяет вводить необходимые ограничения по основаниям, указанным в Федеральном законе «О защите населения», при введении режима повышенной готовности.

Федеральный закон «О защите населения» регулирует общественные отношения в области защиты здоровья и жизни граждан. Какие-либо исключения из правового регулирования указанного закона в части посещения ресторанов законодательством не предусмотрены.

В связи с этим также необоснованны ссылки административного истца на положения Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», так как режим повышенной готовности введен на территории города Москвы на основании Федерального закона «О защите населения».

Довод административного истца о противоречии оспариваемого указа статье 426 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – «ГК РФ») является несостоятельным в силу следующего.

В соответствии со ст. 426 ГК РФ публичным договором признается договор, заключенный липом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.).

Лицо, осуществляющее предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, не вправе оказывать предпочтение одному лицу перед другим лицом в отношении заключения публичного договора, за исключением случаев, предусмотренных законом или иными правовыми актами.

При этом в силу статьи 2 ГК РФ гражданское законодательство регулирует правовое положение участников гражданского оборота, договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников. Участниками регулируемых гражданским законодательством отношений являются граждане и юридические лица. В регулируемых гражданским законодательством отношениях могут участвовать также Российская Федерация, субъекты Российской Федерации и муниципальные образования.

Между тем, установленное Указом регулирование относится к сфере административного, а не гражданского, права, поскольку не регламентирует порядок заключения гражданско-правовых сделок.

В соответствии с пп. «у» пункта 1 статьи 11 Федерального закона «О защите населения» органы государственной власти субъектов Российской Федерации устанавливают обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности.

Нормы Федерального закона «О защите населения» являются специальными по отношению к положениям Гражданского кодекса Российской Федерации. В связи с этим установление правил посещения общественных мест не может рассматриваться как нарушение статьи 426 ГК РФ.

Необходимо отметить, что указанные ограничения не распространялись на оказание услуг общественного питания путем продажи товаров, обслуживания на вынос без посещения гражданами посещений предприятий общественного питания.

Являются необоснованными доводы административного истца, что оспариваемые нормы носят дискриминационный характер по отношению к гражданам, не имеющим «QR-кода вакцинированного», так как Указ не содержит нормы, ставящие определенные категории граждан в привилегированное или дискриминирующее положение.

Положениями оспариваемого Указа не предусмотрена обязательная вакцинация граждан. Посещение общественных мест, указанных в оспариваемом акте, является правом, а не обязанностью граждан. Вопреки доводам административного истца, возможность получения QR-кода не связана только с вакцинацией гражданина.

Так, согласно пункту 25.1. Указа граждане вправе использовать QR-код, которым подтверждается либо вакцинация гражданина; либо наличие отрицательного результата лабораторного исследования на наличие новой коронавирусной инфекции (ПЦР-исследование), действительного в течение 3 календарных дней со дня проведения исследования; либо то, что гражданин перенес новую коронавирусную инфекцию и с даты их выздоровления прошло не более 6 календарных месяцев.

2.2. В соответствии с подпунктами «в» и «г» пункта 4 постановления Правительства РФ  от 2 апреля 2020 г. №417 «Об утверждении Правил поведения, обязательных для исполнения гражданами и организациями, при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации»  при угрозе возникновения или возникновении чрезвычайной ситуации гражданам  запрещается:

–  осуществлять действия, создающие угрозу собственной безопасности, жизни и здоровью;

–   осуществлять действия, создающие угрозу безопасности, жизни, здоровью. санитарии-эпидемиологическому благополучию иных лиц, находящихся на территории  на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации.

1) ответе на вопрос 12 Обзора Президиума Верховного Суда отмечается, что распространение новой коронавирусной инфекции (COVIDI9) на территории Российской Федерации в настоящее время повлекло и может еще повлечь человеческие жертвы, нанесение ущерба здоровью людей, значительные материальные потери и нарушение условий жизнедеятельности населения, и на противодействие ее распространению направлены принимаемые меры по обеспечению безопасности населения и территорий.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в ответе на вопрос 1 Обзора, введение в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» правовых режимов, предусматривающих ограничения свободного перемещения граждан, их нахождения в общественных местах, государственных и иных учреждениях, предполагает возложение на граждан обязанностей публично-правового характера.

I аким образом, вопреки ошибочному мнению административного истца, оспариваемыми положениями Указа не нарушаются права граждан, а возлагаются на граждан особые обязанности публично-правового характера.

Принятые меры одновременно являются мерами, обеспечивающими защиту других граждан, проживающих в городе Москве, поскольку они направлены исключительно па защиту их здоровья и предотвращения массового распространения коронавирусной инфекции (COVID-2019).

Также следует отметить, что в соответствии с п. 26 Положения о единой государственной системе предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 30 декабря 2003 г. № 794 «О единой государственной системе предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» при устранении обстоятельств, послуживших основанием для введения на соответствующих территориях режима повышенной готовности или режима чрезвычайной ситуации, руководители федеральных органов исполнительной власти, государственных корпораций, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления и организаций отменяют установленные режимы функционирования органон управления и сил единой системы.

В связи с улучшением эпидемиологической ситуации в городе Москве указом Мэра Москвы от 16 июля 2021 г. № 42-УМ «о внесении изменений в указ Мэра Москвы от 8 июня 2020 г. № 68-УМ» с 19 июля 2021 г. отменена обязанность организаций, индивидуальных предпринимателей обеспечивать проверку наличия у всех посетителей QR-кодов и предоставлено право установить такое требование самостоятельно.

Указанное подтверждает, что принятые меры направлены исключительно на защиту граждан и обеспечение их безопасности, в связи с чем оспариваемое положение Указа не могло  нарушать права граждан с учетом его временною вынужденного характера.

Учитывая вышеизложенное, административный ответчик

ПРОСИТ:

1) отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме;

2) провести подготовку дела к судебному разбирательству в отсутствие представителя административного ответчика.

Источник

%d такие блоггеры, как: