Структурные преобразования, обусловленные пятой технологической революцией и как следствие технологическим совершенствованием средств производства, привели к модернизации производственных отношений и изменению в социально экономических отношениях в обществе. Это в свою очередь привело к изменению социально трудовых отношений и стало катализатором к изменениям в трудовых правоотношениях. Как известно социально-трудовые правоотношения или нормы права, регулирующие взаимоотношение субъектов социально-трудовых взаимоотношений, являются производной надстройкой над экономическими отношениями субъектов экономической деятельности. Поэтому новые тенденции в отношениях субъектов экономической деятельности ведут и к новизне в правоотношениях субъектов социально-трудовых взаимоотношений.

В последнее время распространение нестандартных видов занятости растёт и уже превысило 43% в общей структуре занятости населения в Российской Федерации и имеет тенденцию к росту.

Вместе с тем, распространение нестандартной занятости способствует увеличению числа работников, не имеющих гарантированной социальной защиты, сокращает сферу применения социального партнёрства, в силу чего ослабевает коллективно — трудовой механизм защиты работников. В связи с чем повышается роль государственного регулирования и становится актуальным внесение изменений в трудовое законодательство для регулирования правоотношений в нестандартных формах занятости. Так же необходимо правовое понимание самого понятия как «нестандартная форма занятости» с чёткими правовыми признаками тех форм занятости, которые мы можем на законодательном уровне отнести к нестандартным формам занятости. Эти вопросы требуют исследования для внесения соответствующих изменений в трудовое законодательство и являются актуальными перед значительной частью субъектов трудовых правоотношений.

В российской экономической науке, в отличии от юридической, вопросы нестандартной занятости активно разрабатываются с 90-ых годов и имеется ряд современных как российских, так и зарубежных исследований, среди которых работы В. Гимпельсон, Р. Капелюшников, Б.Мусаев. Влияние тенденций на международный и национальный рынки труда исследовали М.Абизу, С.Пизика, И,А,Троен.

Однако за рамками исследований остаются вопросы влияния нестандартных форм занятости на изменения социально-трудовых отношений и как следствие на возникающие изменение в трудовых правоотношениях. В юридической науке подобного рода изучения фактически не проводились до последнего времени.

Тем ни менее на практике уже сейчас есть ряд примеров где осуществляется попытки введения законодательного регулирования нестандартных видов занятости, так и попытки ввести договорно — правовое регулирование, например, в сфере адвокатуры или у арбитражных управляющих где уже заключены и действуют соглашения о социальном партнёрстве в сфере труда на Федеральном уровне. Соответственно изучение этих и ряда других примеров как факторов, влияющих на изменения в трудовых правоотношениях, повлекут за собой появление научных трудов, углублённо изучающих нестандартные формы занятости не только со стороны экономического, но и со стороны юридического научного сообщества.

Возможно применение ряда положений и определений доклада для сторон социального партнёрства на Федеральном уровне при реализации п.22 (консультации по вопросам социального партнёрства в нестандартных формах занятости) плана мероприятий российской трёхсторонней комиссии по регулированию социально трудовых отношений (далее РТК), разработки концепции генерального соглашения между сторонами социального партнёрства на федеральном уровне на 2021- 2023 год.

Так же материалы доклада могут быть полезны МОТ в целях разработки и утверждения чёткого юридического определения нестандартных форм занятости.

Всё более возрастающая доля нестандартных форм занятости, как в мире, так и в Российской Федерации, это устойчивая тенденция. Основная цель современной государственной политики — поддержание стабильности занятости и недопущение ухудшения положения граждан как наёмных работников, так и занятых в не стандартной занятости. Для этого в первую очередь требуется ввести правовое регулирование и определить на законодательном уровне такое понятие как нестандартная форма занятости.

Понятие «Стандартной» обычно считается занятость по найму в режиме полного рабочего дня на основе бессрочного трудового договора на предприятии или в организации, под непосредственным руководством работодателя или назначенных им менеджеров. В большинстве развитых стран такой «стандарт» так или иначе закреплен законодательно.

И наоборот, все формы занятости, отклоняющиеся от описанного стандарта, включая самозанятость, могут рассматриваться как «нестандартные»1.

Исходя из выше сказанного нестандартной формой занятости является вид трудовой деятельности без выше перечисленных признаков трудовых отношений. Т.е. в структуре правоотношений нет характеризующих признаков трудовых отношений таких как работодатель и бессрочный трудовой договор.

Соответственно можно дать следующее определение что такое нестандартная форма занятости.Нестандартная форма занятости — это вид трудовой деятельности при осуществлении которого наступают общественно полезные последствия и создаются общественные блага, но при этом субъекты данного вида трудовой деятельности не находятся в трудовых отношениях.

Таким образом, из приведённого выше определения мы видим, что в нестандартных формах занятости может отсутствовать основной признак трудовых правоотношений – это наличие трудового договора между работником и работодателем. Тогда справедливо возникает вопрос, как и каким образом складываются эти правоотношения в нестандартных формах занятости. Как и кем гарантируются социально — трудовые права и прямо вытекающие из низ социально — экономические интересы.

Ответ на эти вопросы нам во многом даёт МОТ которая в своих глобальных Докладах и в проводимых анализах организации труда по нестандартным формам занятости предлагает меры, направленные на решение проблем, связанных с дефицитом достойного труда в сфере нестандартных форм занятости.

По мнению МОТ, для разработки мер регулирования нестандартных форм занятости, нужно использование коллективных переговоров. Международная организация труда (далее МОТ) считает, что право на участие в коллективных переговорах необходимо распространить в том числе и на тех, кто не участвует в трудовых отношениях. Эта позиция МОТнашла своё отражение в письме Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации в адрес Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений, Международная организация труда указывает на необходимость развития коллективно-договорного регулирования отношений вне зависимости от того, являются отношения трудовыми или нет2.

В соответствии с Программой сотрудничества между Российской Федерацией и Международной организаций труда на 2017 — 2020 гг. Правительство Российской Федерации взяло на себя обязательства полностью поддерживать основные программные положения и практические подходы Международной организации труда. В соответствии с данной Программой и предложениями МОТ Федерации Независимых Профсоюзов России (далее ФНПР) разработала и приняла на Генеральном Совете ФНПР ряд позиций по нестандартным формам занятости включив их в пункты плана практических действий по реализации решений десятого съезда ФНПР3.

А именно право:на защиту профсоюзами и любых форм занятости, право на коллективные переговоры в рамках социального партнёрства для любых форм занятости, право на заключение коллективных договоров и соглашений в любых формах занятости, право на государственные гарантии трудящихся любых форм занятости, распространить социальное партнёрство на работающих в условиях нестандартных форм занятости.

Таблица 1.4

Структура российской занятости в 2014-216 гг.

Годы 2014 2015 2016
  Тыс. чел. В % к занятым Тыс. чел. В % к занятым Темп прироста к 2014 г. Тыс. чел. В % к занятым Темп прироста к 2015 г.
Неполная занятость 981,5 1,37 1094,0 1,51 10,21 1120,0 1,52 0,66
Непостоянная занятость 2639,0 3,68 2681,0 3,70 0,54 2612,0 3,56 -3,78
Занятость по договору гражданско-правового характера 590,0 0,82 617,0 0,85 3,56 640,0 0,87 2,35
Сверхурочная занятость 1345,0 1,88 1449,0 2,00 6,38 1324,0 1,80 -10,0
Дополнительная занятость 2029,0 2,83 2019,0 2,79 -1,41 2012,0 2,74 -1,79
Самозанятость 4012,0 5,60 4012,0 5,54 -1,07 4000,0 5,46 -1,44
Занятость в личном подсобном хозяйстве 1627,0 2,27 1669,0 2,30 1,32 1600,0 2,18 -5,21
Надомный труд 28,0 0,03 27,00 0,03 0,00 26,0 0,03 0,00
Дистанционная занятость5 1500,0 2,09 1800,0 2,48 18,66 2530,0 3,45 28,8
Неформальная занятость 14387,0 20,11 14827,0 20,49 1,71 16303,0 22,26 8,63
Нестандартная занятость, всего: 29138,5 40,7 30195,0 41,7 3,63 32167,0 43,9 6,53
Стандартная занятость, всего: 42400,5 59,2 42159,0 58,2 -0,57 41070,0 56,1 -2,58
Всего занятых в экономике 71539,0 100 72354,0 100 1.13 73237,0 100 1,22

Из структуры российской занятости отчётливо видно (см. таблицу 1, стр. 5-6), что занятость по договору гражданско-правового характера, дистанционная занятость (в которую включена виртуальная занятость, телетруд и фриланс), то есть неформальная занятость имеет максимальный рост год к году. Тогда как стандартная занятость имеет отрицательные показатели.

В переведённой выше таблице мы видим, что трудовая деятельность без трудового договора опережает деятельность, основанную на классических трудовых отношениях в основе, которых лежит трудовой договор между работодателем и работником. Влияние трудового договора в складывающихся современных экономических реалиях на складывающиеся трудовые отношения уменьшается, хотя трудовая деятельность и сами отношения между субъектами экономических отношений не исчезли. Из этого можно сделать вывод, что воздействие нестандартных форм занятости повлечёт пересмотр основного признака трудовых правоотношений и наличие либо отсутствие в трудовых отношениях одного только трудового договора перестанет быть определяющим.

Рассмотрим складывающиеся социально-экономические отношения в таком виде экономической деятельности, как в области права и возьмём для примера сферу адвокатуры и арбитражных управляющих. В обеих этих сферах действуют профсоюзы. Представители этих профессий заняты в своей сфере экономической деятельности интеллектуальным трудом на профессиональной основе.

Каждый профсоюз в своей области заключил соглашение о социальном партнёрстве на федеральном уровне с общероссийским объединением работодателей в области права. В заключенных соглашениях стороны определили общие принципы регулирования социально-трудовых и связанных с ними экономических отношений6. С недавних пор Федеральная палата Адвокатов Российской Федерации (далее ФПА РФ) вошла в состав РТК со стороны работодателей и таким образом на федеральном уровне социального партнёрства у Профсоюза адвокатов России появился ещё один профильный партнёр на Федеральном уровне социального партнёрства.

Мы в этом примере видим два нестандартных события. Первое – это появление на Федеральном уровне социального партнёрства профсоюза с профессией, относящейся к нестандартным формам занятости — адвокат (70 процентов адвокатов трудятся без заключения соглашений и договоров на основании постановления государственного органа о назначении адвоката в качестве защитника). Второе – это появление со стороны работодателей не стандартного работодателя — ФПА РФ.

О чём говорят все эти события? О том, что для применения трудового законодательства и реализации принципов трудового права не обязательно наличие всех признаков трудовых отношений. При этом стороны социально трудовых отношений находят способ урегулирования своих отношений и координации своих действий используя механизмы социального партнёрства.

Выводы.

Таким образом, прослеживаемая тенденция в развитии договорно правового регулирования социально-трудовых отношений в нестандартных формах занятости, о чём свидетельствует международная повестка дня в сфере занятости, приведёт к пересмотру в составе признаков трудовых отношений, а именно исключат в нестандартных формах занятости обязательность наличия трудового договора между работником и работодателем .В связи с этим возможно появление в трудовом законодательстве договора смешанного типа поименованным не «трудовым договором», а «договором о труде». Так же возможно будут пересмотрены подходы к определению таких понятий в трудовом законодательстве как «наёмный работник» и «работодатель». При этом сфера трудового законодательства будет распространяться и на нестандартные сферы занятости.

1 Гимпельсон В., Капелюшников Р. Нестандартная занятость и российский рынок труда. Препринт WP3/2005/05. — М.: ГУ ВШЭ, 2005. — 36 с.

2 письмо Минтруда России от 10.12.2019 за №14-2/10/п-11214

3 Приложение №1к постановлению Генерального Совета ФНПР от 30.10.2019

4 Мусаев Б.А. Влияние нестандартной занятости на изменения социально-трудовых отношений: автореф. дис. канд. экон. наук: 08.00.05. — М., 2018.

5 Дистанционная занятость включает в себя виртуальную занятость, телетруд и фриланс. По данным Аналитического агентства Json&Partners Consalting. – Электронный ресурс: http://json.tv/ict_telecom_analytics_view/polnaya-versiya-prezentatsii-generalnogo-direktora-svetlany-vodyanovoy-s-press-konferentsii-bitriks24-i-json-partners-consulting-20150617030352

6 отраслевое соглашение в сфере адвокатуры на 2019-2021 годы
Источник

%d такие блоггеры, как: