В современном мире все чаще речь заходит о развитии технологий, создании искусственного интеллекта и его службе на благо человечества.

На данный момент какого-либо специального акта (не говоря уже о специальной норме в ГК РФ), который регулирует статус роботов в РФ, не существует, есть только ГОСТ РФ «Роботы и робототехнические устройства. Термины и определения», в котором раскрывается содержание понятий, связанных с робототехникой. Однако работы в данном направлении уже ведутся: так, в конце 2016 года стало известно, что российский инвестор и основатель Grishin Robots, Дмитрий Гришин, разработал и предложил концепцию по законодательному регулированию отношений, связанных с роботами[1]. По его мнению роботов-агентов, т.е. роботы, которые участвуют в гражданском обороте от лица собственника следует по правовой природе уравнять с животными и создать Реестр роботов с присвоением им учетного номера. В документе также указывается, что за правонарушения, совершенные роботом, ответственность несет его владелец. Что касается позиции законодателя, то по заявлению Вячеслава Володина к весне 2019 года должен был быть принят акт, который бы регулировал правовой статус роботов[2], однако этого не случилось и дальнейшая судьба данного документа пока неизвестна. В то же время в Европе процесс рассмотрения правового статуса роботов идет быстрее. Так, уже в 2017 году в Европарламенте была принята резолюция, закрепляющая особенности использования роботов[3]. В какой-то части она аналогична концепции Гришина, однако отличительной чертой данной резолюции является то, что в ней есть приложение, которое регулирует моральный аспект в пользовании роботами, так например, в ней указывается, что человек владеет роботами на принципах самостоятельности и справедливости; роботы должны действовать в интересах людей, не должны вредить им, помощь робота должна быть доступна каждому.

Весьма популярной точек зрения является отнесение роботов к субъектам  гражданского права, но нельзя признать такую точку зрения бесспорной.

С одной стороны роботы не могут претендовать на то, чтобы являться субъектами права ведь на сегодняшний день роботы не могут испытывать чувств привязанности к кому-либо, не могут на постоянной основе руководить своими действиями и объяснять их мотивацию. Причем в данном случае речь идет также о неспособности роботов к мыслительному процессу в том смысле, в котором его привыкли понимать в современной науке.

В пользу данной точки зрения можно привести мнение русского юриста XIX века Е.Н. Трубецкого[4], который указывал на то, что субъектом права (физическим лицом) в юридическом смысле является лишь живой человек.

Дополняет данное утверждение и мнение доктора юридических наук, судьи Конституционного суда Г.А. Гаджиева: ученый считает, что одним из признаков физического лица является наличие у него человеческого интеллекта и формы мышления, а роботы-агенты в обозримом будущем не смогут обладать человеческим интеллектом и как-то отклоняться от заданной программы. Также Г.А. Гаджиев указывает, что в гражданском праве издревле выделяют физических и юридических лиц и с учетом включения законодателем в перечень последних таких, нетипичных субъектов как крестьянские (фермерские) хозяйства, казачьи общества, коренные малочисленные народы, которые сами по себе имеют мало общего с понятием «корпорация» в общепризнанном смысле, демонстрирует гибкость данной правовой категории. По мнению исследователя, возможно рассмотреть вариант включения роботов в гражданский оборот как субъектов и рассматривать их в качестве особого подвида юридических лиц. Также ученый указывает, что «в будущем, когда возникнут реальные предпосылки наличия у них интеллекта, т. е. сознания и воли в их юридической, а не психологической интерпретации, признать «как бы субъектами права» (квазисубъектами)».[5]

Таким образом, вполне очевидным является тот факт, что роботы не могут быть субъектами гражданских правоотношений в качестве участников, обладающих правосубъектностью физических лиц (по крайней мере, в сегодняшней правовой действительности). Также, как было сказано выше, возможна перспектива участия роботов в гражданских правоотношениях в качестве юридических лиц, однако в данной статье мы не будем подробно останавливаться на этом вопросе. Отметим лишь, что механизм по признанию роботов-агентов юридическим лицом ещё качественно не разработан в нашем государстве и идеи о таком признании и попытки законодательного регулирования в основном появляются в европейских странах. Кроме того, нужно учитывать, что для выделения роботов-агентов в качестве подкатегории юридических лиц потребует значительных изменений в законодательстве РФ, а следовательно материальных и временных ресурсов. Считаем, что с учетом этого, а также не распространенности роботов среди широких масс населения следует использовать уже имеющиеся конструкции в законодательстве, которые будут представлены ниже.

Важно отметить, что ООН уже занимается вопросом о запрете использования автономных роботов в ведении военных действий, так как несмотря на то, что сейчас таких роботов не существует, в скором времени может возникнуть ситуация в которой военный робот сможет самостоятельно принимать судьбоносные решения[6]. Кроме того в указанной выше резолюции Европарламента 2017 года предлагается дать роботу статус «электронного лица», что сделано с целью облегчения заключения им гражданско-правовых сделок, то есть в случае, если робот самостоятельно сделает покупку в продуктовом магазине, чтобы приготовить еду, то данная сделка будет считаться действительной, несмотря на то, что человек на неё согласия не давал.

Однако стоит упомянуть, что ученые, работающие в сфере робототехники и искусственного интеллекта, высказываются против наделения роботов статусом “электронных лиц (личностей)[7]“. По их мнению, данная инициатива необоснованна, так как сами машины не могут нести ответственности за причиняемы ими вред окружающим. С предложением не считать роботов-агентов электронной личностью было написано открытое письмо в Европарламент[8].

Разумеется, острой необходимости в наделении роботов какими-либо «неотъемлемыми правами и свободами» нет: развитие технологий в данной отрасли ещё не достигло этапа, когда мы можем говорить о роботах как  о полностью автономном искусственном интеллекте. С другой стороны, с учетом развития тех же технологий возможность становления роботов как полноценной личности, способной сначала самостоятельно принимать какие-либо логические решения и совершать определенные действия, а в дальнейшем приобретение способности испытывать чувства весьма вероятно и в таком случае необходимость регулирования их статуса станет неизбежной.

Обобщая проведенные выше исследования и точки зрения по данному вопросу можно отчасти согласиться с проектом Федерального закона «О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации в части совершенствования правового регулирования отношений в области робототехники»[9]. Данный нормативный акт на наш взгляд достаточно полно и подробно регламентирует права роботов, права их владельцев, предусматривает ответственность за действия роботов и т.д.

Стоит отметить, что в вышеуказанном законопроекте предусмотрено отнесение роботов к источнику повышенной опасности, что в свою очередь влечет за собой повышенные требования к владельцам, и, следовательно сделает использование первых наиболее безопасным. Единственным недочетом нам видится следующая формулировка законопроекта в п. 2. предлагаемой для введения проекта ст. 127.8: «Каждый робот-агент должен быть оснащен функцией экстренного информирования о возникновении правового конфликта, который не может быть разрешен исходя из конструктивных особенностей и возможностей его информационной системы. Лица, вступающие в отношения с роботом-агентом должны иметь возможность воспользоваться данной функцией, но при этом несут ответственность за причиненные убытки в случае необоснованного использования такой функции». На наш взгляд, стоит дополнить данную статью п.2.1 «Каждый робот-агент должен обладать двойной системой деактивации. Первая система срабатывает автоматически, в случае сбоя в работе заложенной программы, которая может подвергнуть опасности окружающих существ. Вторая система – дистанционная, с помощью которой собственник (владелец) робота-агента может деактивировать робота-агента, в случае если первая система деактивации не сработала и робот-агент своими действиями может причинить ущерб имуществу и жизни окружающих». Данная норма сможет повысить безопасность использования машин.

Считаем, что изложенная редакция законопроекта является оптимальной для обеспечения участия роботов в гражданском обороте как объектов правоотношений на данный момент, однако нельзя отрицать возможность изменения отношения к ним со стороны права и перевода их в одну из категорий субъектов гражданского права в обозримом будущем.

 


[5] Гаджиев Г.А. Является ли робот-агент лицом? (Поиск правовых форм для регулирования цифровой экономики). //Журнал российского права. 2018. № 1. С. 24.

Источник

%d такие блоггеры, как: