В процедурах банкротства лишь малая часть незалоговых кредиторов имеет шанс получить удовлетворение своих требований. При этом далеко не всегда причина этого заключается в объективной недостаточности имущества должника, часто это результат «некачественного» ведения процедуры арбитражным управляющим.

Действующее законодательство в случае небрежного (или недобросовестного) поведения управляющего предусматривает возможность взыскания с него убытков (ст.20.4 ЗоБ). Управляющий, как физическое лицо отвечает всем своим имуществом. Кроме того, этот долг не может быть «списан» в процедуре личного банкротства управляющего  (ст.213.38 ЗоБ), то есть он останется с недобросовестным антикризисным менеджером навсегда.

Однако в процедурах банкротства, причиненные управляющим убытки, могут исчисляться огромными цифрами, а сами управляющие люди небогатые – часто живут в «чужих» квартирах, ездят на «чужих» машинах и в случае взыскания – от них едва ли можно будет получить существенную сумму.

На этот случай в законе о банкротстве предусмотрены механизмы, которые призваны значительно повысить шансы потерпевших на возмещение убытков, причиненных в процедурах банкротства. Это страхование ответственности управляющего (ст.24.1 ЗоБ) и субсидиарная ответственность саморегулируемой организации арбитражных управляющих (СРО) – возмещение из компенсационного фонда (ст.25.1 ЗоБ).

Работает все это просто – если есть судебный акт о взыскании  убытков, потерпевший вправе обратиться непосредственно в страховую компанию, где застрахована ответственность арбитражного управляющего. После этого, если выплаченной суммы недостаточно – в СРО за выплатой из компенсационного фонда.  

Но – гладко было на бумаге, да …….

Страховые компании и СРО систематически уклоняются от выплаты страхового возмещения и компенсаций.  До недавнего времени суды смотрели на это весьма лояльно, отказывая кредиторам в выплатах со ссылкой на очень сомнительные обстоятельства. Видимо, в этом проявлялась «трогательная забота» арбитров об устойчивости отечественной финансовой системы.

Ситуация стала  медленно (но уверенно) меняться начиная с 2016 года, когда практика развернулась лицом к потерпевшим.

На сегодняшний день Верховный Суд  закрыл все лазейки для формального отказа от возмещения убытков со стороны страховой компании.

В частности, было определено:

(а) истечение срока действия договора страхования не исключает возможности предъявления требований к страховщику, если страховой случай произошел в период, когда такой договор действовал (Определение ВС от 17.02.2016 года №307-ЭС15-15377);

 (б) момент наступления страхового случая не может устанавливаться произвольно (на усмотрение страховщика) – он определяется исходя из даты (или периода) совершения управляющим правонарушения, которое привело к убыткам. Например, при уклонении от оспаривания сделок – это момент, когда разумный и добросовестный управляющий должен был получить необходимую для оспаривания информацию (Определение ВС от 12.07.2018 года №305-ЭС18-2393);

  (в) умышленное причинение убытков арбитражным управляющим не освобождает страховую компанию от выплаты возмещения, но дает ей право регресса к управляющему (Определение ВС от 24.08.2020 года №305-ЭС20-4326).

Таким образом, ВС преодолел сопротивление страховых компаний (и странную лояльность к этому нижестоящих судов) на пути возмещения убытков, причиненных действиями АУ.

Однако не меньшей проблемой являлось (и продолжает оставаться) – возможность получения возмещения убытков из компенсационного фонда СРО в случаях, когда страховщик по каким-то причинам убытки не погасил.

Универсальный подход СРО сводится к тому, что выплаты из компенсационного фонда возможны только после получения соответствующего возмещения от страховой компании.  При этом ликвидация страховщика, его банкротство, отказ с его стороны от возмещения ущерба – в СРО трактуют как обстоятельства исключающие использование средств компенсационного фонда для погашения убытков (точнее – выплаты компенсации).

До некоторых пор эта «железобетонная» позиция (за редким исключением) была непреодолимой преградой  для лиц, пытавшихся получить возмещение из комфонда СРО.

Снова пришлось «подключаться» Верховному Суду, правда, в этот раз вопрос был решен «отказными» определениями (Определения ВС от 12.07.2018 года №305-ЭС18-10791 и от 12.12.2019 №308-ЭС19-22490).

Правовая позиция этих актов сводится к тому, что ответственность СРО (в случае причинения убытков его членом) является субсидиарной и не может быть осложнена формальными препятствиями, в частности, ссылками на необходимость провести весь цикл судебных разбирательств со страховой компанией.  

Нижестоящие суды подхватили заданное ВС направление и значительно упростили доступ  потерпевшим  к компенсационному фонду  СРО.

В частности, практикой признан неправомерным отказ СРО в выплате из компенсационного фонда в случае ликвидации страховой компании (Постановление АС Московского округа от 10.02.2021 года по делу №А40-323721/2019).

Также было установлено, что отказ страховой компании от выплаты возмещения не препятствует обращению потерпевшего за компенсацией в СРО (из средств компенсационного фонда). Права СРО, выплатившей соответствующую компенсацию, в этом случае защищены возможностью заявления  требования к страховой компании, где была застрахована ответственность управляющего (Судебные акты по делу №А40-305931/2019).      

            Практика «продавила» сопротивление страховых компаний и СРО в вопросе компенсации убытков – теперь отказ по формальным основаниям не допустим. Для лиц, которые имеют требования по возмещению убытков к арбитражному управляющему, открыта фактически прямая дорога в компенсационный фонд СРО.

                Это особенно важно в свете споров о положениях нового банкротного законодательства, в частности тех его мест, которые направлены на «зачистку рынка» СРО и сообщества арбитражных управляющих от недобросовестных участников (бальная система, реестры управляющих, реформа СРО и т.д.). Полагаю, что вместо всех этих сложны решений вполне можно положиться на простой механизм  «естественного отбора» –  СРО и управляющие сами уйдут с «рынка», если  им (а также страховщикам) придется систематически нести расходы, связанные с недобросовестным и/или неразумным поведением.

Пожалуй, этот механизм уже запущен и как ни странно не законодателем, а судебной системой – в виде соответствующей практики.  
Источник

%d такие блоггеры, как: