Верховный суд (ВС) обратил внимание судов на правила исчисления сроков давности при оспаривании сделок по банкротным основаниям. В деле о банкротстве страховой компании «Московия» (дело № А40-161486/2017) суд округа полагал, что давность должна всегда исчисляться с момента, когда была назначена временная администрация. Экономическая коллегия с таким подходом не согласилась и напомнила, что нужно учитывать, когда временная администрация в действительности узнала или должна была узнать о совершении спорной сделки.

Решение очевидное, как и ошибка нижестоящего суда, поэтому оно попадет в рубрику #ЛикбезотВС. О других делах, в которых ВС вынужден исправлять ошибки нижестоящих судов, читайте здесь.

Спор возник в связи с перечислением обанкротившейся страховой компанией «Московия» 80 млн руб. Марату Гимлетдинову. Деньги были переведены в апреле 2017 года, а в июле Центробанк уже назначил страховщику временную администрацию — Агентство по страхованию вкладов (АСВ).

АСВ запросила у Марата Гимлетдинова основания платежа, но не получила ответа. Тогда оно попыталось взыскать эти средства как неосновательное обогащение. Иск был отклонен: на заседании, состоявшемся в марте 2018 года, ответчик представил копию векселя, по которому был совершен платеж.

После этого АСВ оспорило платеж как сделку с предпочтением. Иск был подан в сентябре 2019 года. Кассационный суд встал на сторону ответчика и в этом споре, применив исковую давность. По его мнению, АСВ срок для предъявления иска начал течь в июле 2017 года, когда АСВ было назначено временной администрацией.

Верховный суд не согласился с таким подходом, поддержав позицию АСВ. Он обратился к разъяснениям в постановлении Пленума ВАС РФ №63 2010 года[1]. В п. 32 подчеркивается, что само по себе назначение конкурсного управляющего не приводит к началу течения сроков давности. Необходимо проверить, в какой момент разумный управляющий мог узнать о совершении спорной сделки. Эти разъяснения применимы и для данного дела.

Суд округа фактически презюмировал, что АСВ узнало обо всех обстоятельствах спорной сделки в момент своего назначения в качестве временной администрации. Однако такой подход явно неверен. Во-первых, количество сделок должника может быть значительным и узнать все о них одновременно невозможно. Во-вторых, от временной администрации может скрываться как сам факт совершения сделок, так и их условия. В-третьих, формальное знание о совершении сделки еще не означает, что администрация могла бы ее оспорить. Для оспаривания сделки по мотивам предпочтительности необходимо установить наличие всех элементов сложного фактического состава, а это также требует времени.

Поэтому вывод окружного суда в этой части является неверным.

Тем не менее ВС отправил дело на открыт счет. Альфа-банк должен был обладать большим объемом сведений о совершенной сделке — это его обязанность в силу Закона о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем.

Кроме того, Марат Гимлетдинов ссылался на то, что АСВ новое рассмотрение в суд первой инстанции. Суды не учли возражения Марата Гимлетдинова о том, что АСВ все равно могло узнать обо всех обстоятельствах спорной сделки задолго до марта 2019 года. АСВ могло запросить информацию у Альфа-банка, в котором у «Московии» был обладало копией векселя и знала о его действительном месте жительства (это позволило ей обратиться в суд с соблюдением правил о подсудности). Однако АСВ намеренно направило ему запрос об основаниях платежа по адресу, по которому он уже давно не проживал. Эти обстоятельства могли повлиять на начало течения давности.
 


[1] Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».
Источник

%d такие блоггеры, как: