В Великобритании завершилась пилотная стадия создания Судов, специализирующихся на разрешении имущественных споров (бывших) супругов (Financial Remedies Courts, далее – Суды или FRC).[1] Указанные суды созданы в качестве вспомогательного структурного подразделения Судов по семейному праву (the Family Court) и функционируют на данный момент в 18 географических зонах,[2] полностью охватывающих территорию Англии и Уэльса.[3]

На данный момент в компетенцию FRC входит разрешение следующих споров: 1) разрешение имущественных споров (бывших) супругов, юридическим основанием которых служат положения Закона 1973 года о бракоразводных процессах и часть 3 Закона о бракоразводных и семейных процессах 1984 года; а также 2) разрешение споров, связанных с алиментными обязательствами родителей, которые основываются на Приложении 1 Закона о детях 1989 года.[4] В ближайшем будущем планируется расширить компетенцию FRC и передавать на их рассмотрение дела, связанные с правом трастов и наследственные дела.[5]

Важно отметить, что в рамках проекта создавались не отдельные суды, а в каждой географической зоне были назначены в качестве FRC уже существующие суды.[6] Но этот факт не свидетельствует о том, что переструктурирование носит лишь формальный характер и не имеет существенного значения для развития семейного права в части урегулирования имущественных последствий расторжения брака, поскольку в рамках новых FRC был утвержден список судей, которые будут вести эти категории дел.[7] Судьи, которые были назначены в FRC, являются признанными экспертами в области урегулирования имущественных последствий расторжения брака и иных, связанных с этим юридическим фактом правовых вопросах.[8] Всю структуру новых FRC возглавил судья Николас Мостин (Mostyn J), и в каждой географической зоне был также назначен глава FRC региона (прилагаю схему новых FRC к этой заметке).

Исходя из основного документа, устанавливающего структуру и роль FRC, легко прослеживается цель создания этих Судов. Думается, что одной из основных причин создания FRC была систематизация подходов судов к урегулированию имущественных вопросов, возникающих при расторжении брака, и улучшение качества разрешения этих споров.[9]

Как известно, в настоящее время английские судьи обладают большой дискрецией при разрешении этой категории споров, что, в свою очередь, не способствует правовой определенности и вызывает споры в профессиональном сообществе (более подробно о данной проблеме я рассуждала в своем блоге). А новые FRC должны разрешить указанную проблему и приблизить английское семейное право к правовой определенности, поскольку основной задачей Николаса Мостина и его коллег является изучение и анализ судебной практики, законодательства и иных правовых актов, включая practice directions, и систематизация указанных документов, а также обеспечение того, чтобы соответствующие изменения в судебной практике и иных нормативно-правовых актах доводились до сведения всех участников указанной категории дел, включая судей и юристов, и эффективно реализовывались на практике.[10]


[2] Liverpool, Manchester, Lancaster & Cumbria, Sheffield, Harrogate, Newcastle, Birmingham, Nottingham, London, Bristol, Bournemouth, Devon, Thames Valley, Brighton, Peterborough, Newport, Swansea, Wrexham.
[4] The Matrimonial Causes Act 1973; the Children Act 1989; the Matrimonial and Family Proceedings Act 1984, Part 3.
[5] The Trusts of Land and Appointment of Trustees Act 1996 (TOLATA); The Inheritance (Provision for Family and Dependants) Act 1975.
[6] S. 10 of the document “Overall Structure of the Financial Remedies Courts and the role and function of the Lead Judge”, 7 November 2019.
[8] Wodehouse v Wodehouse [2018] EWCA Civ 3009 at 56 per Mostyn J: “I hope that this decision is evidence of the value of creating a Financial Remedies Court – which is currently being piloted – so that only judges who are recognised for their knowledge of, and experience in, financial remedies cases following divorce will, in the future, sit on cases of this type”.
[9] S. 1 of the “Good practice protocol”, 7 November 2019.
[10] S. 12 (12,20) of the “Overall Structure of the Financial Remedies Courts and the role and function of the Lead Judge”, 7 November 2019; S. 12 of the “Good practice protocol”, 7 November 2019.

Источник

%d такие блоггеры, как: