Во время пандемии коронавируса государственным органам необходимо было оперативно реагировать на сложившуюся ситуацию, в том числе заниматься и нормотворчеством, внося правовую определенность, разрабатывая новые правила поведения, в основном связанные с дополнительными санитарно-эпидемиологическими мероприятиями для недопущения распространения коронавирусной инфекции.

В правоприменении возникла ситуация при которой административные органы выдавали желаемое за действительное, а именно: штамповали протоколы об административном правонарушении актов субъектов РФ, не соотнося их с реальными положениями таких актов, а суды общей юрисдикции доверчиво подобным образом формально штамповали постановления о привлечении лиц к ответственности. Такая ситуация сопровождалась заявлениями с высоких трибун от исполнительной власти о необходимости жесткости борьбы с нарушителями антиковидных мер, причем региональным властям был дан полный «карт-бланш».

Одним из таких «карт-бланшей», в виде ограничительных мер было то, что региональные власти стали запрещать продажу товара или оказания услуги гражданам, которые находятся без СИЗ, а кто-то пошел еще дальше и запретил продавать товар или оказывать услугу без сертификата вакцинации или отрицательного ПЦР-теста.

А теперь мы посмотрим на то, как такой «карт-бланш» региональные власти использовали и все ли соответствовало праву? Перед тем как ответить на этот вопрос, я скажу одно, что пандемия коронавируса обнажила и без того серьезные проблемы ограничения естественных прав с помощью быстрых и непродуманных решений исполнительной власти, способствующих только одному – эрозии права. Следует заметить, что автор считает, что ограничительные меры должны быть, но они должны быть разумными, выверенными, а главное согласованными в системной взаимосвязи с иными правовыми источниками.

Одними из таких ограничительных мер было следующее. В некоторых субъектах РФ на уровне региона издали акты, в которых было указано, что предприниматели не имеют права обслуживать посетителей, если последними не будет соблюдена обязанность по ношению СИЗ – к примеру, в Указе Главы Республики Мордовия от 17.03.2020 № 78-УГ.

Другие субъекты пошли по второму пути. В п.12.2 Указа Мэра города Москвы от 8 июня 2020 г. № 68-УМ (в ред. 06 октября 2020 года) власти, организации и индивидуальные предприниматели, а также иные лица, деятельность которых связана с совместным пребыванием граждан, должны обеспечить соблюдение гражданами (в том числе работниками) требований по использованию средств индивидуальной защиты органов дыхания (маски, респираторы) и рук (перчатки) (далее – СИЗ).

Данный пункт Указа Собянина С.С. с точки зрения правовой неопределенности я уже разбирал тут: https://zakon.ru/blog/2021/03/07/pravovye_problemy_obespecheniya_hozyajstvuyuschimi_subektami_soblyudeniya_grazhdanami_obyazannosti_p и тут https://zakon.ru/blog/2021/5/8/pravovaya_opredelyonnost__dlya_hozyajstvuyuschih_subektov_pri_privlechenii_k_otvetstvennosti_po_st20

В данных статьях я пришел к выводу, что в Московском регионе (да и в остальных регионах, где были установлены аналогичные обязанности по п.12.2 Указа) отсутствуют правовых основания для веерного и формального привлечения к ответственности п ч.1 ст.20.6.1 КоАП РФ хозяйствующих субъектов из-за якобы несоблюдения ими обязанности по использованию гражданами СИЗ, где административные органы и суды фактически намекают, что хозяйствующие субъекты должны силой заставить граждан надеть СИЗ, чтобы соблюсти п.12.2 Указа. Однако ситуация стала меняться, и здравый смысл восторжествовал – вышестоящие инстанции стали пресекать подобную практику нижестоящих судов.

Тем не менее, я не могу согласиться с позицией судов Московского региона, которые указывают, что при продаже предпринимателем или оказанием услуги, лицу без СИЗ, он нарушает Указ Мэра г.Москвы (п.12.2), что влечет привлечения к ответственности по ч.1 ст.20.6.1 КоАП РФ. (Такая позиция указана в Решении Московского городского суда от 11.05.2021 по делу N 7-6748/2021).

Также не понятны, мотивы судов Московского региона, т.к. исходя из п.12.2 Указа Мэра г.Москвы не следует наличия прямого запрета для хозяйствующего субъекта, который мог бы не обслуживать посетителей без СИЗ на кассе. Нормативные акты, устанавливающие публичные обязанности, не подлежат расширительному толкованию, поэтому я соглашусь с заявителями жалоб в Мосгорсуд, которые указывают аналогичный довод. (Решение Московского городского суда от 11.05.2021 по делу N 7-6748/2021).

Возвращаясь к вышеуказанному Указу Главы Мордовии (и такому варианту установления ограничений), следует отметить, что даже в случае неисполнение установленных ограничений для реализации товаров и услуг гражданам не может являться поводом для привлечения предпринимателей по 20.6.1 КоАП РФ, несмотря на прямой запрет в региональном акте, равно как предприниматель не может отказать потребителю в оказании услуги или продаже товара.

Возникла парадоксальная ситуация, когда хозяйствующему субъекту приходится выбирать, что же ему выгоднее нарушить: Закон о защите прав потребителей или попасть под ст.20.6.1 КоАП РФ? И этот ответ разрешается не в пользу потребителей.

На данный момент сложилась судебная практика, которая указывает, что отказ в обслуживании потребителей без СИЗ не будет являться нарушением Закона «О Защите прав потребителей», со ссылками на Постановление Правительства РФ от 02.04.2020 N 417 “Об утверждении Правил поведения, обязательных для исполнения гражданами и организациями, при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации” (далее – Правила) во взаимосвязи с п.4 ст.426 ГК РФ (публичный договор), региональных подзаконных актов о режимах повышенной готовности и, что примечательно, на основе писем Минпромторга России от 11 мая 2020 г.N ЕВ-32091/15 (далее – методические рекомендации), информационного письма от 20.05.2020 Роспотребнадзора (далее- письмо) (Определение СК по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 13 июля 2021 г. по делу N 8Г-5289/2021[88-6282/2021], Решение Клинцовского городского суда Брянской области от17.02.2021 года по делу №2-307/2021, Решение Октябрьского районного суда города Архангельска от 07.12.2020 по делу №2-4094/2020). Не соглашаясь с такими выводами, выстрою собственный правовой ответ на вопрос правомерности отказа в обслуживании потребителя.

Автор не будет останавливаться на том почему договор розничной купли-продажи является публичным и находится в «орбите» ст.426 ГК РФ.

Пунктом 4 ст. 426 ГК РФ предусмотрено, что в случаях, предусмотренных законом, Правительство Российской Федерации, а также уполномоченные Правительством Российской Федерации федеральные органы исполнительной власти могут издавать правила обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (типовые договоры, положения и т.п.).

Толкование пункта 4 ст.426 ГК РФ является ключевым при соотношении данного пункта и новых Правил, принятых Правительством, якобы как-то регулирующим частные правоотношения, связанные с исполнением публичных договоров.

Все суды ссылаются на Правила, которые, в том числе, предусматривают, что при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, граждане обязаны выполнять законные требования должностных лиц, осуществляющих мероприятия по предупреждению чрезвычайных ситуаций; при угрозе возникновения чрезвычайной ситуации гражданам запрещается осуществлять действия, создающие угрозу собственной безопасности, жизни и здоровью, а также осуществлять действия, создающие угрозу безопасности, жизни и здоровью, санитарно-эпидемиологическому благополучию иных лиц, находящихся на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации (подпункт “б” пункта 3, подпункты “в”, “г” пункта 4 Правил).

Подпункт “б” пункта 3, подпункты “в”, “г” пункта 4 Правил по мнению судов взаимосвязан и как-то регулирует исполнение гражданских договоров публичного типа, регулируемыми ст.426 ГК РФ, но на мой взгляд взаимосвязи нет никакой, ни в буквальном, ни в расширительном толковании. Более того, переходя по гиперссылке в информационно-правовых базах на виды принятых правил Правительством РФ, этих пресловутых Правил там нет, что очевидно.

Существующие правила, принятые в соответствии с п.4 ст.426 ГК РФ, прямо взаимосвязаны с исполнением публичных договоров, к примеру: Правила продажи товаров по договору розничной купли-продажи, утв. Постановлением Правительства РФ от 31.12.2020 N 2463, Правила оказания услуг автостоянок, утв. Постановлением Правительства РФ от 17.11.2001 N 795, Правила поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан, утв. Постановлением Правительства РФ от 21.07.2008 N 549 и т.д.

Очевидно, что суды выдают желаемое за действительное, необоснованно «притягивая» эти Правила к тем правилам, которые принимаются в соответствии с п.4 ст.426 ГК РФ. Это делается по причине того, что судам как-то же необходимо обосновать для потребителя обязанность соблюдения ограничительных региональных антиковидных мер и этих Правил для возможности заключения с ним договора розничной купли-продажи в силу п.4 си.426 ГК РФ.

При данных обстоятельствах положения региональных актов с ограничительными антиковидными мерами, в которых прямо предусмотрена обязанность (либо такая обязанность вытекает из толкования такого положения в судебной практике) для предпринимателя в отказе продажи товара или оказании услуги потребителю без СИЗ, противоречит Гражданскому кодексу, который имеет более высокую юридическую силу, чем региональные акты с ограничительными антиковидными мерами.

Относительно методических рекомендаций и письма Роспотребнадзора, то ссылки на эти акты в судебных актах не выдерживают никакой критики, так как это мнение отдельных исполнительных органов власти, не имеющих статус нормы права. 

Таким образом, исходя из гражданского законодательства и Закона «О защите прав потребителей», такой отказ потребителю является нарушением его позитивных прав.

Такая мера, как отказ в заключении договора розничной купли-продажи в судебные практики выглядит как какой-то карательный механизм, который недопустим в гражданских правоотношениях. Действительно, у граждан есть такая обязанность – носить СИЗ в местах совместного пребывания людей и за нарушение такой обязанности человек подлежит административной ответственности по ч.1 ст.20.6.1 КоАП РФ, но отказ в продаже товара или оказания услуг не допустим.

Разобрав позитивное регулирование этого вопроса, хотелось бы его кратко проанализировать относительно политики права, т.е. анализа того, каким позитивное право должно быть с точки зрения содержательных задач общества и государства, т.к. пока юрист тщательно не осознает собственные экономические, этические, идеологические, психологические воззрения, его правовые взгляды не будут сколько-нибудь последовательными и логичными. Особенно такой анализ важен в такой сложный ковидный период, когда жизнь общества становится все более зависимой от правовой регуляции, и в такой ситуации какие-либо не сбалансированные и не выверенные правотворческие акты дорого обходятся обществу.

Объективно говоря о данных антиковидных ограничениях, которые были рассмотрены выше, следует о заметить, что на практике они не работают от слова совсем, а в обществе вызывают раздражение и особенно негодование, когда за несоблюдение таких мер происходит привлечение к административной ответственности. Ни для кого не будет секретом, что ношение масок в местах совместного пребывания граждан является формальной процедурой и граждане надевают маску по привычке только на кассе, чтобы к ним не «придрались», а должностные лица хозяйствующих субъектов предлагают надеть маску только из-за боязни быть привлеченным к административной ответственности. Таким образом, с точки зрения политики права такие антиковидные меры бессмысленны и контрпродуктивны, но они продуктивна для пополнения казны.

Напоследок хотелось бы отметить антиковидные ограничения, которые походят на произвол, где исполнительная власть Республики Башкортостана перестаралась. В Указе о внесении изменений в Указ главы Респ.Башкортостан от 18.03.2020 №УГ-111 от 18.06.2021 года указано следующее: обязать граждан исполнять правила поведения организаций, в части требований, касающихся правил поведения граждан при обращении в организации в целях приобретения товаров, получения услуг лишь при наличии одного из документов, указанных в пункте 10.1 Указа: справка(сертификат) о прохождении вакцинации, о наличии противопоказаний к вакцинации против Ковида-2019, об отрицательном результате исследования на Ковид-2019 методом ПЦР.

Какие-то комментарии тут излишни… В этом случае лишь можно констатировать, что региональная власть, почувствовав в своих руках новые рычаги влияния на население, в виде возможности введения антиковидных мер, до коле им не известных, снова не справилась и ничего кроме как недоумения от таких актов их деятельность не вызывает.
Источник

%d такие блоггеры, как: